Страницы

суббота, 27 августа 2022 г.

после

Мы приехали.

Здесь нас не было неделю, а там, кажется, мы пробыли месяц, столько переделали дел, потому что не сидели ни минуты. Ни минуты и не отдыхали, но чувствую себя так, как будто вообще никогда не работала.

По традиции один вечер мы проводим у дядьки, пьём виски. Дом у дядьки – поўная хата (полный хауз),
но вот эта крохотулька-солонка, она ещё из детства, драгоценность

Завтра утром проснусь и не буду понимать где я.

_____________

22 августа умер Игорь. Я узнала только сегодня, когда зашла на FB (на телефоне у меня Фейсбука нет).

четверг, 25 августа 2022 г.

вернись из Вернигероде

В тот самый Вернигероде, где снимали «Того самого Мюнхгаузена», очень давно хотела съездить, чтобы убедиться, что вымысел это всё-таки правда.

От Берлина, вроде, недалеко, но две пересадки.

Только теперь, когда удалось вырваться с работы и ворваться в Германию, так долго закрытую из-за короны, я всё-таки поехала. И то, если честно, исключительно благодаря билету за девять евро, по которому можно в течение месяца ездить куда угодно (куда угодно в Германии).

Бранденбург – много полей, заброшенные здания вокзалов: кирпичные, под черепичными крышами. Сосны реденькие, тоненькие и кривенькие. Станции тоже редко, здание будет серым. Пространство безрадостное и как будто густое. Поэтому поезд, который несётся стремительно, всё равно опаздывает на каждой станции на минуту, а потом и на две.

Саксония-Анхальт – уже повеселее. Выглядывает солнце, но в региональных поездах – кондиционеры, холодно.


Только на подъезде к Вернигероде пейзаж меняется. Вырастают горы. Вдруг.


Сразу как выходите из поезда, рядом с настоящей станцией – игрушечная, там можно купить ненужные сувениры и настоящие билеты на паровозик с трубой. Рейсы игрушечного паровозика отображаются на настоящем табло настоящей станции. Это мне понравилось. Паровозик я называю игрушечным, потому что он маленький и красивый. А так он, конечно, настоящий, просто старый, сохранённый. И по сохранённой узкоколейке раз в несколько часов возит желающих на гору Броккен. Немногих, потому что делать на горе всё-таки нечего, там ресторан, думаю, какой-нибудь обычный, гостиница и тоже, наверное, сувениры. Ещё там собираются ведьмы на Вальпургиеву ночь, но это только раз в году и вряд ли ведьмам нужен поезд. Мне поезд тоже не нужен, я бегу в город. Бегу, город манит, как пряник.


Город пустой. Четверг. Середина дня.

Мне нужна Ратуша. Я даже не смотрю на карту, я знаю, что ноги приведут меня именно туда, куда мне надо.

И вот она площадь. И боже, сколько здесь людей! Едят, говорят, смотрят.



Мне надо подняться на крыльцо. Можно? Вроде, не возбраняется.



Я поднимаюсь. Смотрю на площадь. Теперь она кажется пустой. Представляю себя Леонидом Броневым.


Ратуша ремонтируется, но всё равно работает. В Ратуше можно сходить в туалет.

Пряничные домики заманивают меня дальше.







Не понимаю, почему вот этот Кривой дом – достопримечательность. Здесь многие дома кривые, пахнет старым деревом. Домики и окна заманивают и заманивают, как в сказке. Поначалу мне казалось, что все, кто живёт за этими стенами и окнами, должны быть добрыми, но увидела в прекрасном окошке злую лысую голову, и мне стало не по себе, а потом страшно. И я бежала на вокзал, как будто убегала из сказки братьев Гримм.











четверг, 18 августа 2022 г.

перед

Когда лучше уезжать?

Вечером, разогнавшись за день и потому ничего не замечая?

Или утром, не успевая проснуться и соображать...

Сразу после работы? Устав? Я так изначально хотела.

Передумала.

Теперь, когда наконец уезжаю…

Я всё распланировала и сделала по плану, и сегодня должна была завершить редактирование записи «Леса» Островского. Но файл «Действие четвёртое» вдруг почему-то заглючил и всё пошло насмарку. Уезжаю, не сдав запись. Её надо перезаписывать. Времени на это нет. Вчера мне это казалось катастрофой. Сегодня я почему-то спокойно крашу волосы под варламовский Каракас. Не бессмысленно, но без мыслей.

Вчера я не смогла спать и это было впервые за последние много месяцев.

Сегодня мне пришлось составлять список дел на день, и это тоже было впервые за последние годы. И в списке этом были дела, не сделав которые уехать невозможно. Эти дела я не сделала заранее. Дела, не сделав которые уехать невозможно, я делала в последние часы перед отъездом.

Ездила в город. Днём. В окно не смотрела. Почему-то всё сделалось. В отличие от «Леса». Нигде не было очередей. Были евро в обменнике. Была подушка, какую хотели купить в подарок. Было даже место в маршрутке (одно! В час пик!). Нашёлся даже «Эутирокс», который сейчас в дефиците (всего на пятьдесят дней: по нынешним временам – вечность). Я только успевала вычёркивать из списка желания...

Моя квартира кажется мне беспредельно моей и уютной. 

Какие чувства я испытываю? Я боюсь.

Самым тяжёлым. Неимоверно... оказалось почистить от пыли дорожную сумку, пролежавшую на шкафу три с половиной года.

Багеты соблазняют)



среда, 17 августа 2022 г.

4445, или Час как среда

Сижу, редактирую запись «Леса» Островского.

Звонит Ленуся:

– Ты не спишь?

– Нет. Работаю.

– Ты меня не жди.

Ага, она там расслабляется. Сейчас её напрягу.

– Котёнок, я не могу купить билеты обратно. Нет билетов. Каждый день проверяла. Были. Полно. А сегодня захожу – нету, все распроданы или есть один билет на рейс.

– Мне кажется, в этой ситуации ты должна приехать к нам выпить пива.

***

А мне не кажется, я ребёнка воспитала правильно.