у моря среди земли

Если вы хотите меня поддержать:

Я – автор на Литрес.

Я – чтец на Литрес.

Моя банка счастья.

__________

На днях я читал дневник одного французского министра, писанный в тюрьме. Министр был осуждён за Панаму. С каким упоением, восторгом упоминает он о птицах, которых видит в тюремном окне и которых не замечал раньше, когда был министром. Теперь, конечно, когда он выпущен на свободу, он уже по-прежнему не замечает птиц. Так же и вы не будете замечать Москвы, когда будете жить в ней. Счастья у нас нет и не бывает, мы только желаем его.
Антон Павлович Чехов

Мой новый дом – в Марселе. Высоченный Ibis в ряду прочих похожих Novotel'я и Golden Tulip'а в двухстах метрах от Средиземного моря. Novotel и Ibis снаружи выглядят как две капли воды.

От моря отели отрезает эстакада, переходящая в улицу. И хотя после этой улицы перед отелями ещё доки (длинный ряд, теперь это доки только снаружи, а внутри – мультикультурные пространства), улицу слышно прекрасно: ночь мы спали как на взлётной полосе. Я спала. Потому что Лена спала хорошо.

И проснулась я с ощущением, что не знаю, что чувствовать. Точнее, я чувствую, но не знаю, как чувства выражать. И даже боюсь пробовать выражать. Не потому, что мне кто-то запрещает, а потому, что знаю, что это не даст никакой практической пользы.

Время идёт.

Я встаю, умываюсь и бегу вниз в ресторан. Там суета, люди завтракают. Я прошу эспрессо.

Возвращаюсь в номер. В ванной комнате делаю зарядку. Потом работаю.

Лена просыпается в одиннадцать. Я её не бужу. Она сама просыпается.

Завтракать мы вышли поздно. В ближайшем магазине купили хлеба, вяленой говядины, фрукт, воды. Нашей воды нет. Прямо на берегу – огромный торговый центр, там купили хорошего кофе и пошли на берег. Идти долго пришлось, потому что именно в этом месте – порт, пассажирский: всё огорожено.

Идти пришлось почти до собора (полосатого), там перед музеем сворачиваем направо и скоро набережная. Лавочки, по местной традиции каменные. Холодные. А летом, наверное, это хорошо.

Людей много, но и мест свободных достаточно. Нам достаётся целая лавочка, а они огромные.

Лавочка с видом...

Чаек почти нет. Голуби скромные и худые. Много собак, они – как все собаки во Франции, весёлые или замедленные, бестолковые.