вторник, 11 августа 2026 г.

зачем Е.М.?

Если вы хотите меня поддержать:

Я – автор на Литрес.

Я – чтец на Литрес.

Моя банка счастья.

Мой аккаунт в tiktok

__________


Мы проводили время очень приятно и шумно – разыграли на домашнем театре фарс нашего сочинения и пародированную сцену из озеровского «Эдипа» в костюмах, ели и пили страшно, играли в биллиард, кегли, катались на лодке, ездили верхом, врали и говорили серьезно до 2-х часов ночи – словом, кутили; а теперь я один и не прочь отдохнуть от этой шумной жизни; если удастся, намерен даже поработать.
Иван Тургенев, из письма Павлу Анненкову, 1855 год

Намерения рассыпаются о желания что-то доказывать.

Почему мне так сильно надо доказывать? Почему обязательно надо вступаться за людей, которые за себя не заступаются сами?

Да, я взрослая уже и знаю о себе, что мне, если предоставляется такая возможность, надо обязательно демонстрировать, какая я хорошая. Но почему я делаю это даже в случаях, когда никто не видит и не оценит? Почему заступаюсь за Олега, которого Дима ставит в графике одного на печку. За Женьку, работающего почти без выходных?

На эти вопросы ответы я знаю тоже. Но вопросы всё равно повисают в воздухе, потому что, сколько бы я ни заступалась, ничего не меняется.

А я теряю время.

На замесах теряю время. Оно вдруг оказывается в запасе, я думаю, что можно поесть, выпить кофе, но теряю время на разговоры и споры. И ем потом на ходу. И кофе пью без наслаждения.

Так-так, что ещё.

Ленок рассказала, что ем звонила Тане и жаловалась, что я с ней не поздоровалась. Точнее, не так, а «со мной поздоровался только Никита, а больше никто, даже Беккер не поздоровалась».

И я думаю, человек взял и ушёл, бросил всех. Теперь он всё время приходит. Я с ним всё время здороваюсь, а он рассказывает, что нет. И что значит даже?

А когда я перешла на тестомес, со всеми делился: «Беккер не справится». После того как я уже в пекарне девять лет отработала.

А, может, я и не справляюсь. Взяла сегодня и замесила молочный хлеб без дрожжей. Сама не понимаю, каким образом. Торопились очень.

Хлеба этого мы делаем очень мало. Идёт он только на наши точки. И тесто не надо утилизировать. Его запросто можно сработать, чем я завтра и займусь. То есть невелика потеря. Но я всё равно весь вечер переживала. Потому что я всегда переживаю, когда что-то в моей жизни происходит мне не подконтрольно.

Тесто плотное, как пластилин. Никакой сетки. Дрожжей нет. Дрожжей мы добавляем очень мало: на 25 кг теста порядка 100 граммов. Но эти 100 граммов решают


И всё равно я взяла себя в руки и, как настоящая чемпионка, вечером тренировалась.

Совсем чуточку размышляя, зачем меня опять втянуло в какую-то историю?