четверг, 21 января 2016 г.

стих, который сегодня приснился

Подбегала уже к перекрёстку, чтобы успеть на зелёный (раньше очень долго горел, а теперь – пять секунд и мигать начинает), и вспомнила стих, который сегодня приснился.

Не надо смотреть
На часы!
Я просто должна успеть!

А ты, улыбаясь, договариваешься о встрече.
Мне от этого жутко.
А отец из угла повторяет, продолжая калечить:
«Всё-таки ты проститутка»...

Никогда раньше не ходила на бассейн так, чтобы ровно 45 минут без остановки плавать.

Грузия, Алёнка прислала из отпуска

пятница, 15 января 2016 г.

изучить учёного

Пришёл сегодня внештатный автор, учёный, Владимир Викторович, а фамилию не скажу)))))

Я по телефону думала, ему лет сто, а он молодой оказался. И оказался интересным очень мужчиной.

А итоговую коллегию на неделю раньше передвинули и в итоге нам такое количество работы на неделю раньше надо сделать, что у меня вообще нет времени даже на лишнюю мысль, не то, что с кем-то общаться, и я учёного об этом заранее по телефону предупредила. Но в итоге с ним говорила долго.

Да.

И вот говорим, а он, слышу, на белорусский перескакивает. И раз, и всё, и говорит уже по-белорусски.

– Размаўляеце па-беларуску? – кажу. – У жыццi, у сям'i, на працы?

Нібыта я такая журналістка (а на самай справе выделывалася). А он мне говорит по-человечески вдруг, что русский – язык поэтов и идеален, чтобы от земли – в небеса, от конкретики подальше, а потому для науки плохо подходит. А вот белорусский – нет, близок к европейским, конкретный и чёткий, и научные работы на нём писать – идеально получается.

Но я только вчера была на Литературный клуб GRAPHO, где на белорусском стихи читали такие, что никакого русского не хватит, чтобы их перевести. И мне это нравится.

А сейчас слушаю уже скачанный дочкой (уже спящей) новый альбом Panic! At The Disco. И тоже очень нравится.

Любой язык – мир. Но главное моё счастье, что знаю русский.


вторник, 12 января 2016 г.

«Даниэлла», чужая женщина

Снег зимой по нынешним временам – редкость.

Сегодня надо было выходить из дому через 15 минут после дочки. Вот она ушла и почти сразу звонит:

– Мама, если не хочешь опоздать на поезд, выруливай давай.

Я не послушалась (ещё хочу, чтобы ребёнок меня слушал), вышла, как обычно, и завязла. Хотя снега было всего по щиколотку, быстро идти всё равно было невозможно. Опоздала. Проводила поезд глазами, развернулась и пошла домой ждать следующего. Потому что проездной у меня – на поезд, и вряд ли автобус по такой погоде доедет до города быстрее, чем даже следующая электричка.

В прихожей вижу: джинсы мокрые до колен, а на улице я была всего-то минут двенадцать. Шарф мокрый тоже, подбородку уже неприятно при том что день только начинается.

Почему-то в этот момент я подумала про другую женщину.

Подумала, что где-то именно в этот момент какая-то женщина спит. Свернулась уютно калачиком на широкой кровати под белым одеялом. Ни на работу ей не надо, ни готовить кому-то завтрак, никаких забот.

А у меня в первой половине дня в центре города – две встречи. Хотела, как белый человек, заехать с утра в редакцию, потом – по делам. Но раз уж опоздала, решила ехать сразу в город, как есть – с оливье в ссобойке.

На следующую электричку пришла заранее. И электричка эта опоздала на 10 минут. Снег валил стеной, но без ветра и было не холодно. Я стояла и злилась на женщину, которой, может быть, и в природе нет.

Потом доехала до метро, на метро – до места. Научно-исследовательский институт. Проходная, один кабинет, второй, третий. Сижу напротив замдиректора, звонит дочка. Я подумала, их из школы отпустили по случаю непогоды, но нет – говорит: «Возьми мне в библиотеке «Алые паруса».

Следом – трест. Все бегают. Конец одного года, начало следующего. Как минимум два человека из всех бегают из-за меня. Как нередко это случается, чувствую себя мешающей работать.

Всё, потом в редакцию. Прикидываю: метро с пересадкой, там добегу... Но на «Купаловской» так сильно вдруг хочется есть, что не выдерживаю и иду в «Центральный». Иду, а внутренние голоса спорят. Пересела бы, ещё одну станцию бы проехала, 10 минут – и в редакции. И работать. С другой стороны, рабочий день у меня ненормированный, ждут меня только к двенадцати, а сейчас и одиннадцати нет, и есть хочется, и вообще – вчера, учитывая, что рабочая неделя на один день дольше, я решила, дабы пережить её без потерь, каждый день гулять. Хотя бы на несколько минут представлять, что я в отпуске.

В «Центральном» была 10 минут. Всего 10 минут.

Но эти минуты меняют день. Я вам клянусь.

Я купила себе кофе с бальзамом и сахаром (двойным) и три сырных печенья.

Сидела на высоком барном табурете, пила кофе, смотрела по сторонам и отчётливо представляла себе, что я в отпуске. Там какой-то дяденька ещё сидел седой абсолютно бесцельно. И очень приятно было на него смотреть. А в целом было мало народу.

Потом я пошла в редакцию пешком. Через Паниковку и Парк Горького. Я решила, что это всё равно будет быстрее, чем ехать на автобусе. И когда к парку переходила на зелёный, посерёдке улицы Янки Купалы образовалась разделительная зона (или даже разделительная полоса) из снега. Мы, пешеходы, перешагивали её, высоко поднимая ноги, но я лично вижу в этом только хорошее.

А в парке не было никого, кроме голубей, уток, двух пенсионеров, одной хорошей мамы с ребёнком и меня. И ёлки, как в сказке, и снег падал густо, и тишина, и такой свежий воздух, что я вдруг снова вспомнила про неизвестную женщину и подумала, что умерла бы, живи я на её месте.





Потом дальше шла по Первомайской, прокладывая тропу на тротуаре. А рядом в парке, через ограду, спокойно шла ещё одна женщина, на лыжах. Я тоже шла спокойно, иногда разворачиваясь спиной вперёд. Из-за ветра, из-за усталости и просто ради новых ощущений.

Разворот на 180 градусов. Всего на 180 градусов.

понедельник, 11 января 2016 г.

баня и снег

Я вдруг вспомнила про баню на Марьевской. Там ведь тоже есть бассейн. Вечером зашла разузнать. Оказалось, работают с восьми. Сеанс длится час, а не сорок пять минут, а посещение стоит 50 тысяч. При такой цене можно и два раза в неделю ходить. И близко ведь совсем.

Прекрасно!

И погода была прекрасная. Гулять захотелось.

Я прошлась до Якуба Коласа по нашей каше. От песка с солью, конечно, очень грязно. И несмотря на песок с солью, очень скользко.

Ёлка у филармонии – красивая. Но зачем-то перед ней фанерный Дед Мороз. Ещё и с грустным лицом.

В цуме купила носки для кота на махровой подошве. Да, продают и такие.

Лапам будет тепло и приятно.