Если вы хотите меня поддержать:
Я – автор на Литрес.
Я – чтец на Литрес.
Моя банка счастья.
__________
Человек рождается и в детстве видит весь горизонт: и это ему интересно, и то у него обязательно будет, и туда он непременно заглянет...
Полное ощущение, что всё будет, всё успеется, всё можно. Но вот мы уже в школе: туда не успели, потому что уроки надо сделать. Ладно, потом... Кусочек горизонта закрылся. А теперь это важно, и то нужно, а сюда не успели. Ладно, потом... Ещё кусочек горизонта закрыли.
А вот ты уже должен в пять, в семь и в двенадцать. А это недосуг сделать, потому что у тебя семья, и в воскресенье надо с ними. И денег надо заработать, а не глупостями заниматься... И горизонт сужается и сужается. Человек на огромной скорости несётся по туннелю, где справа и слева сплошные стены, а впереди маленькая точечка чего-то, что уже, кажется, мерещится где-то... Наша повседневность похожа на узкую щель между запретами, общепринятыми нормами, привычками и приличиями; между долженствованиями и мнимыми свободами, которые сковывают нас порой куда больше, чем несвободы. И мы несемся по этой щели – дым из ноздрей – и перестаем различать цвета, запахи, вкус, перестаём чувствовать нюансы, замечать детали...
Я думаю, что театр создан для того, чтобы открывать в этих стенах по обе стороны однообразного коридора повседневности двери и дверцы, за которыми притаились другие миры.
Вячеслав Полунин
Так повезло, что я купила два билета в Театр Кукол на два детских спектакля, на вчера и сегодня. Это детские спектакли. Совсем детские, 3+. Но в этот театр можно идти на любой спектакль. И раз билеты были, я пошла.
Я была одна, а все – семьями. Ну, или как минимум вдвоём: мама и ребёнок.
Мне даже гардеробщица сказала, что ей вообще непривычно вручать один жетон (а потом принимать один жетон).
– Обычно на детских три-четыре-пять...
Спектакли были страшные. В обоих хороших героев ели злые волки. Мне интересно было посмотреть, за чем эти трагедии спрячут.
Но, их не прятали. Какая сказка есть, так её и играли. В «козлятах» – много обучающего, цвета, счёт, буквы, плюс основы поведения детей (гигиенические, бытовые...). Мне это очень понравилось. Актёров было всего двое за всех и они так держали себя на сцене здорово, что я даже расплакалась.
А «Красная Шапочка» сегодня была классическая. Даже с ширмой. Но и с переодетыми актёрами, которые играли перед ширмой, а не за.
Утром я думала поехать на электричке до конечной, до вокзала, и купить там розы. Но такой мороз. Побоялась, что я их не довезу. Вышла на «Восточном», доехала до Первомайской, первый трамвай уехал из под ног. До следующего было десять минут и я пошла в «Еврик» на Пулихова, прятаться от холода.
А там продаются розы в горшочках. Маленькие, очень красивые. Горшочек всего за 9 рублей.
Я купила один. Сняла шарф-снуд, аккуратно завернула в него горшочек и поставила в сеточку для фруктов. Я такие сеточка в Берлине покупаю в магазинах за копейки. Они из хлопка, не весят ничего, растягиваются, как авоськи. Бросил такую в сумку и всегда у тебя есть «пакет», чтобы в магазине не тратиться.
От «Еврика» до театра – одна остановка, а не четыре, как от вокзала. Я довезла розы в целости.
Но после спектакля актёры на поклон не выходили. Я хотела поставить горшочек на сцене, но администратор зала сказала мне:
– Не ставьте, я вас проведу за кулисы.
Представляете?!
Ещё одна мама была с мальчиком, у которого был подарок для Красной Шапочки.
И нас повели.
Мы стояли там в темноте, я видела сцену и снятую голову волка в темноте. И ноги трупов рядами из декораций к «Запискам юного врача».
Мальчик боялся, ему было не по себе.
Я хотела вручить розы Лисе, но администратор сказала, что она уже убежала.
– Волк есть.
– Давайте волка! Да, Тихон? Мы вручим подарок Волку, а он передаст Красной Шапочке.
– Красная Шапочка придёт!
– А вот он Волк! – я увидела его на сцене.
Он спустился, я вручила ему розы. И он удивлялся и благодарил волчьим голосом. А мальчик Тихон тоже отдал ему подарок, может, испугался и решил так волка задобрить.
Но тут прибежала и Шапочка, Волк вернул подарок Тихону, Тихон вручил его Шапочке.
А потом вдруг Волк предложил сфотографироваться. И нас провели из тёмных кулис в светлый коридор.
После спектакля я сходила в библиотеку и поехала в «Кукируки», решила, что в такой мороз там никого не будет, а я поддержу. А там яблоку негде было упасть.
