шьют джинсы на меня

Если вы хотите меня поддержать:

Я – автор на Литрес.

Я – чтец на Литрес.

Моя банка счастья.

__________

Хочу принудить себя быть таким, каким, по моим понятиям, должен быть человек. Молодость прошла. Теперь время труда.

Лев Толстой, из дневников

Задача не в том, чтобы не испытывать отрицательные эмоции, а в том, чтобы работать с ними правильно.

Проблема не в том, что ты экономишь или копишь (не важно что), а в том, что накопленное надо использовать.

Задача вообще всегда в использовании ресурса, который имеешь.

Деньрожденные мысли.

А дела деньрожденные в основном вышли рыбные. К восьми, к открытию, я поехала в Нойкёльн за солёным лососем, используя ещё заодно в целях экономии Ленусину вчера купленную 24-часовую Tageskarte.

Семь утра, казалось бы час пик, но в поезде никто не стоит даже, никакой тесноты.

Транспорт летал. Я была на месте в двадцать минут восьмого. Греться пошла в новый супермаркет Baraka, прямо возле станции S-Bahn'а. Огромный. Яркий. В тысячу раз круче базара. Ходила там, раскрыв рот, как в музее турецких продуктов. Фиников – десятки разновидностей. Сухофрукты – и в коробках и на развес. Стеллажи чая и специй. Красное мясо – горами. И рубят ещё и ещё волосаторукие мясники. Своя пекарня: булки и хлеб. Своя кондитерская: пахлава и торты. Я купила сливочное масло из козьего молока, нормальной соли, концентрированное молоко в коробочке (10-процентное, интересно стало сравнить) и свежий симит.

И продолжила поход за рыбой.

У цели ждала минут десять. Замёрзла. В восемь зашла – никого. Минуты две стояла просто, потом начала потихоньку шуметь. Без результата.

Ещё минут через десять вошёл крепкий бородатый в мужчина в синей форме.

– Hallo! Что вы хотели?

– Купить рыбы.

Он прошёл вперёд, к двери с надписью «Büro», закрытой двери.

Постучал, подождал... Постучал, сказал «Katastrophe!» И, пройдя мимо меня, ушёл на улицу.

Через минуту дверь Büro вдруг открылась и из неё вышел тот самый мужчина.

– Какую рыбу вы хотите?

– Lachsabschnitte. Zwei Beutel.

Абшнитте – это обрезки. Они стоят 8 евро за полукилограммовый пакет. И это шикарного качества рыба. Дёшево просто потому, что неформат.

Он принёс мне два пакета, я дала 20 евро бумажкой. Он ушёл и принёс сдачу. Четыре монеты. Я решила, что он ошибся, стала совать в его руки якобы лишние. А он мне:

– Это не по два евро монеты, а по одному, всё правильно.

Я смеюсь, извиняюсь и оправдываюсь отсутствием очков. Он мне воздушных поцелуев напосылал. И пожелал хорошего дня.

Домой я возвращалась полтора часа.

Позавтракала свежекупленной рыбой, съела крошечный кусок симита с маслом (запечёный кунжут создаёт изумительной вкусноты и хрусткости корочку) и поехала в город за подарками самой себе: джинсами Uniqlo и босоножками Satorisan. Я копила на них деньги в специальной копилке последние полгода.

Ещё я хотела хороший эспрессо.

Uniqlo обожаю. В Берлине много магазинов, я люблю тот, что на Hakescher Markt. Джинсы я нашла себе заранее на сайте, выписала артикул. Но в магазине найти их не смогла. Подошла к консультанту. Он:

– Ой, вот именно таких нет. Могу вам предложить...

И отправил меня к стеллажу. Там я выбрала фасон и цвет. Но затруднилась с размером. Я похудела, а за время отпуска похудела ещё. Стою-раздумываю, и тут ко мне обратилась девочка-консультант, очень похожая на японку, такая мягкая-мягкая, тихая. Она сидела у стеллажа на корточках и что-то складывала внизу.

– Вам нужна помощь?

– Я не могу выбрать размер.

– Я думаю, вам подойдёт этот, – взяла джинсы с полки и протянула мне.

Я не помню, по-английски или по-немецки она говорила. Я её очень хорошо понимала.

Я пошла в примерочную, примерила эти джинсы, они сели идеально.

Расплатилась и поняла, что забыла телефон в примерке. Почему-то вообще не испугалась. Вернулась к примерочным. Девочки спросили: «Дойч? Инглиш?» Я сказала: «Дойч». Они спросили, какого цвета чехол. А я уже видела свой телефон позади на полке.

Кофе.

Рядом есть Bonanza. Но ещё ближе Barn, я зашла и не пожалела. Шикарный экспрессо. Густой и терпкий, как вишнёвый сок.

Дальше открыла на телефоне адрес магазина, где, по информации с официального сайта Satorisan, в Берлине продаётся их обувь. Магазин оказался в нескольких сотнях метров от места, где я стояла. Вот это удача!

Прихожу туда, а там всей обуви бренда – одна пара: Uwabaki Clog Suede. Но 38-го размера. А его первым всегда разбирают и я всегда от этого мучаюсь. Со вторым себе подарком не вышло.

Оставалось ещё накормить деньрожденным ужином маму и Лену. И я снова поехала за рыбой. Теперь – в Kaufland, где мне всегда очень страшно от количества еды и особенно еды мусорной. Но я точно знала, что там найду рыбу. И я её там не нашла, отчаялась. Подошла к мерчендайзеру, он отвлёкся от дел, посмотрел на меня так, что я прямо почувствовала, что сейчас он скажет: «Да какая рыба?! Вы что, не видите, что здесь творится?! Не видите, что здесь рыбу вашу вообще некуда впихнуть?!» Но он вдохнул и сказал: «Идите прямо, потом налево и слева будет рыба».

Рыба там и была. Она была прекрасная. Её было очень мало, но она была никому не нужна.

Я взяла две дорадо по полкило. Дома её посолила турецкой солью, завернула в фольгу и сорок минут пекла в печке.

Лучший торт на свете.

Вместо торта был Брийя-Саварен

Пили мы белый примитиво. Всё равно американский зинфандель я люблю больше.