последний немецкий в семестре

Так хочется свободного времени. И вот оно есть. И не знаешь за что хвататься.

два с половиной часа, две с половиной недели

Слушать не хотелось совсем, но таксист попался разговорчивый. Начал рассказывать зачем-то, что после техникума работал на строительстве дорог, а в таксисты ушёл, когда стали мало платить.

– А где именно работали? – спросила я, хоть и не хотелось совсем слушать (ну, воспитанная я)))).

– Да вы не знаете всё равно, я не из Минска...

– Так где всё-таки?

Он назвал. Я заулыбалась)))

– Город Рогачев, генеральный директор Татьяна Викторовна Балакирева, замгенерального Василий Иванович Мехведь...

– А инженера, инженера главного знаете?

Я не знала, но ему это было уже не важно. Он уже зачислил меня в ряды тех, кто в теме, и слушать пришлось до самого дома.

Говорил о качестве укладки асфальтобетона (всё-таки строительство дорог его не отпустило)... Даже нарочно не придумала бы я темы, более подходящей для возвращения на землю)))))

Но не вернулась))))

Помнила балкон, на который так и не вышла. Помнила, как замёрзли ноги, пока кормила сушёными яблоками худющего селезня. Тёплый кофе с молоком. Нежный творог пирога. Сквозняк от окна. Божьих коровок в посудной лавке, мужчину в кафе и ребёнка в храме.

И чудо в соборе, от которого ни мурашек по коже, и ни ахать не надо было, ни плакать, потому что всё и сразу, оказавшись на своих местах, успокоило мою душу.

Абсолютное чудо.

От укладки асфальтобетона в Гомельской области до катка в Центральном парке Нью-Йорка – шестнадцать лет, тридцать пять километров, два с половиной часа, две с половиной недели...

Я всегда на земле, но на землю никогда не вернусь.

Убираю на полку свитер, собравший запахи. Мой, улиц, ресторанчиков и кофеен.

я ничего не успеваю

Но когда вижу, сколько всего успеваю, я сама от себя в шоке.

– Нет! Эти шкафчики не поместятся в эту машину, – говорила женщина на отгрузке товара в «Доме мебели». – Я сто лет здесь работаю и ни разу такие шкафчики не поместились в такую машину...

Егор стоял молча, точно с таким выражением лица, какое было у него в детстве, когда он слушал, что ему говорят, но не слушался.

Он не слушался.

Тем временем на ярко-синей тележке грузчик вёз мои шкафчики, шёл медленно, как будто он был итальянец.

Егор открыл все двери машины и шкафчики, действительно все влезли.

– И вы бы ещё поместились, – сказал он женщине со столетним стажем.

Женщина, действительно, бы поместилась. Она была худенькая.

Дальше была типография плюс 15 минут к моему стажу вождения, от которых у Егора, как он сам образно выразился, поседели яйца.

Уже когда мы ехали по Колодищам, зазвонил мой телефон. Это была доставка 21vek.by. Вчера оператор сказала мне: «Курьер позвонит за час до приезда». А сегодня курьер позвонил и сказал: «Мы на месте!»

Хорошо, что мы тоже уже были на месте.

Курьер сказал: «Ничего не знаю, никто не предупреждал, что нужно звонить за час. Не было никаких пометок. А если бы вы не приехали, мы бы всё обратно увезли».

Но мы-то приехали, поэтому всё не увезли, а стали заносить в квартиру.

В мою полностью разгромленную, с ног на уши поставленную квартиру каким-то образом влезли четыре кухонных шкафчика, газовая плита, стиралка и ещё куча всего по мелочи типа рулона линолеума высотой до потолка.

На Геофизике, где нет живого места, всё разрыто и никто ничего не делает (даже горы вырытой земли густо поросли сорняками), водитель службы доставки рассчитывал меня по «Халве» с помощью мобильного терминала.

Наконец «Халва» мне пригодилась по-крупному.

Успеть всё сделать, успеть всё купить в одиночку (без Егора и без «Халвы») никак нельзя. 

со временем

Несколько дней назад обстоятельства сложились таким образом, что нам пришлось целый вечер прожить без воды. Вообще без какой бы то ни было.

Если бы мы знали, что вода будет через час (два, три, четыре...), мы бы, наверное, ждали. Но поскольку никто не знал, когда вода будет, не оставалось ничего иного, кроме как брать ведро и топать на железнодорожную станцию, на колонку.

Я и потопала. Представляя заранее, как тяжело будет нести назад это ведро. Прикидывая – может, наполнить его не доверху, а только наполовину...

У колонки была очередь. Все – подготовленные. Здоровые мужики и женщины с тележками – ведра им предстояло везти, а не нести.

Из-за очереди (чтобы снова не стоять) я наполнила свое ведро до краев. И оказалось, что оно и не тяжелое вовсе))) Конечно, домой я не бежала, а шла. Но руки не отваливались и не пролила на землю ни капли. И ловила себя на мысли, что за годы, пролетевшие с тех времен, что носила я ведра с водой, стала сильнее.

А сегодня случилось вот что.

По дороге на работу на лотке помидор покупала. Уже отходя, на ходу, укладывала его в сумку, когда меня укусила оса. И не куда-нибудь, а в самую крупную мышцу в человеческом организме))))) Оса, видимо, пока я рассчитывалась, залетела под мою длинную юбку, а когда я ее укладываемым помидором потревожила, не придумала ничего умнее как меня кусать.

С детства помню эту жутко-пекучую боль от осиных укусов, поэтому сразу очень испугалась. Но оказалось, что теперь от осы не так уж и больно)

***

Со временем мы становимся сильнее и к боли терпимее. Но наверняка это происходит лишь при условии, что мы носим тяжести и нас кусают.

всегда тороплюсь, всегда опаздываю

Помню из детства: дядька (ему тогда было лет двадцать) приехал в дом деда из Питера на каникулы. Господи, сколько всегда было счастья, когда из Питера приезжали на каникулы! В тот день тоже было счастье)

Дядька был в клешах, с прической а-ля Пол Маккартни и весь в бороде.

Кто-то из взрослых попросил меня:

– Сбегай домой, попроси у папы электробритву для дяди Вити.

И я побежала. Быстро-быстро. Хотелось поскорей вернуться и опять ощущать счастье (в том числе и потому, что из Питера всегда привозили апельсины, которых у нас, в горах, ни за какие деньги было не достать. С тех пор я никогда на наемся апельсинами))

Когда минут через пять я, запыхавшаяся-презапыхавшаяся, озвучила папе причину, по которой прилетела домой, папа расстроился. Мне показалось – ему не хотелось, чтобы его бритвой пользовался кто-то другой. Но папа сказал, что причина не в этом. Его расстроило, что я торопилась, когда никакой особенной причины для этого не было.

– Бегать так быстро можно только из-за пожара, запомни это, пожалуйста, – сказал мне папа. И я запомнила эту фразу на всю жизнь, потому что всю жизнь с того самого момента я всегда тороплюсь)))))

И всегда опаздываю)

Хотя это закономерно) Торопятся лишь те, кто опаздывают, потому что те, кто не опаздывает, никуда не торопятся. Замкнутый круг) Цикл)

В свое оправдание могу сказать, что всегда опаздываю не просто так, а из-за...

Сегодня, к примеру, в конце рабочего дня взяли и подарились мне полчаса свободного времени. И я позвонила Анатолию Николаевичу Андрееву. Надо было получить ответ на один вопрос и полчаса для этого было более чем достаточно.

Через два гудка в трубке щелкнуло, потом повисла тишина, а потом я услышала голос профессора. Ровно такой же, как пятнадцать лет назад. Голос был где-то далеко и как будто разлетался в большом пространстве. Я предположила, что Анатолий Николаевич в аудитории, читает лекцию. И стала слушать. Было интересно – о чем.

Разбирала отдельные фразы, но общий смысл был не ясен. Потом, как глаза привыкают к темноте, мои уши привыкли)))) И я, словно просочившись через трубку, тоже оказалась «в аудитории».

Очнулась, когда времени до электрички было в обрез)))) И побежала на эту электричку быстро-быстро. И всю дорогу, пока бежала, опять вспоминала, что всегда тороплюсь. И думала – почему?

Потому что мне важно – вовремя услышать. Потому что очень многое для меня важно.

Ничуть не жалею)

не торопясь

Утром ехала на интервью. У меня в запасе было полчаса. Такие подарки от времени в моей жизни - редкость, я стараюсь использовать их, совмещая приятное с полезным, а проще - гуляя. Поэтому на интервью я все-таки не ехала, а шла.

Я шла, а все вокруг торопились... А еще снег... А еще осознание, что все-таки ты не просто болтаешься, ты медленно идешь деньги зарабатывать... В общем, одно удовольствие.

Очень многое можно заметить, почувствовать и понять, если просто идти на работу. Идти, не ехать, не бежать. Не торопиться, когда все торопятся.